Охотник на ведьм

Средняя: 4.3 (10 оценок)
Сказали спасибо: 1
Автор произведения: an angel will die.
Автор публикации: Cyber
Фэндомы: Исполнители, EXO, Lay
Персонажи: Zhan Yixing & Yi Yanlin
Описание:

AU. Исин – охотник на ведьм, а Яньлинь – загадочная девочка из его детства.

-A A +A

Исин не может точно сказать, как давно это все началось. Он знает только то, что это пришло к ним с Запада, знает только то, что раньше в Китае ведьм чтили и любили, в то время как сейчас их ловят и убивают. Исин сочувствует им – сочувствует настолько сильно, насколько это вообще возможно. И от всей души хочет одного – чтобы это поскорее закончилось.

Нелегко приходится сыну охотника на ведьм, потому что, независимо от того, какую профессию он хочет себе выбрать, он обязан пойти по стопам отца. Исин – охотник на ведьм. И ему это очень не нравится. Но сказать слово против – равносильно смерти. Поэтому он молчит и учится не вздрагивать, когда очередной ведьме отрубают голову. Или сжигают ее. Заживо.

Первое время было очень тяжело на это смотреть: Исин помнит море крови, нечеловеческие крики, много слез, мольбы о помощи, проклятия, что жертвы насылают на горожан, и смех. Злой, удовлетворенный, режущий слух, заставляющий содрогаться, заставляющий чувствовать себя самым настоящим убожеством. Исину непривычно и в какой-то мере даже больно на все это смотреть. Кем бы ни были ведьмы, они в первую очередь люди. Вот только это нельзя вбить в головы горожан, которые радостно свистят, хлопают в ладоши и ликуют.

Как будто бы если они убьют всех ведьм, беды и прочие напасти исчезнут по мановению чьей-то волшебной руки. Только вот все это – бред собачий. Исин знает, что потом придут времена гораздо хуже – что-то вроде чумы и ей подобного. Но он привык не высовываться – всем этим людям вовсе не обязательно знать о том, что он думает по поводу всей этой ситуации. Исин не может помочь, потому что умрет сам и навлечет позор на свою семью. Ведь как так – сын главного охотника на ведьм жалеет этих тварей!

Исин сам не знает, как так получилось. Просто в один момент он понял, что это неправильно. Неправильно убивать людей, которые, возможно, даже не колдуны. Неделю назад сожгли всю семью. И они не были ведьмаками – Исин в этом уверен. У него глаз наметан на колдунов. Он может их вычислить запросто. И за все время его работы он не так часто натыкался действительно на ведьм. Чаще всего убивали ни в чем не повинных людей – зачастую умирали те, чьи якобы волшебные способности не были доказаны.

Да и доказательство никому не было нужно. Исин был наслышан о том, что на Западе в общей сложности сожгли более двухсот тысяч женщин. Вот только, внимание, вопрос: а были ли эти двести тысяч ведьмами? Никого это не волновало и не волнует. И Исина это правда угнетает – он вспоминает, сколько действительно невинных погибло, и ему становится страшно.

Живет человек и никого не трогает. К ведьмам даже отношения не имеет. Но вот сделает он что-то не так – неважно что – просто не так, и все решат, что он какое-нибудь дьяволово отродье. Как же они заблуждаются.

На самом деле ведьмы даже не приносят никому особого вреда – они никого не убивают. Да, ведьмы получают что-то хитрым, нечестным способом, обворовывают кого-нибудь, обманывают, пользуются магией, но они не убивают. Странное мнение о том, что ведьмы способны на убийство, приходит, конечно, с вездесущего Запада. В Китае ведьм чтили – к ним обращались за помощью. Но стоило кому-то выдвинуть подобное предположение, как весь Китай охватило волнение. И началась великая охота на ведьм и здесь.

В город приходит зима – медленно и величаво. Она накрывает дома и дороги пушистым слоем кристально-белого снега, на котором тут же отпечатываются следы людей и животных, что, кажется, спешат встретить холодное время года. Исин собирается в лес – на охоту. Мать улыбается ему и отдает лук, не забывая потрепать по антрацитово-черным волосам.

– Будь осторожен, – говорит она, смотря вслед сыну, поспешно направляющемуся к выходу из города.

Она всегда это ему говорит – каждый раз. Как будто бы с ним может что-то случиться. Как правило, он находит лишь подобие ведьм – тех, кто пытается колдовать, но не может. И они не в состоянии ничего ему сделать: вот в чем дело. Но мать всегда ласково улыбается и просит не терять бдительность. В такие моменты Исину хочется повернуться и сказать ей: «А что эти невинные и хрупкие женщины могут сделать мне?» Но он никогда этого не скажет. Отец ждет от него слишком многого – он хочет, чтобы сын стал достойным преемником. Вот только вряд ли такое случится – Исину не хватает того хладнокровия и той жестокости, что требуются для того, чтобы убить ведьму на месте. Он всегда приводит их на Центральную площадь города.

Шагая по заснеженным лесным тропинкам и слушая успокаивающий хруст снега под ногами, Исин сканирует местность внимательным взглядом. Вокруг – ни души. Тихо и умиротворенно. Охотник наслаждается этим покоем и продолжает свой путь, но уже более расслабленно. Он привык не бояться того, что видит здесь. В конце концов, его стрела быстрее любой магии.

Внезапно откуда-то слева Исин слышит шелест листьев, напрягается, поднимая лук, а потом видит, как мимо шустро пробегает заяц. Всего лишь животное. Исин кивает сам себе и уверенно идет дальше. Ему придется бродить по лесу по меньшей мере до сумерек.

Исин внимательно озирается по сторонам – как бы то ни было, ему все равно нужно быть осторожным. Он старается шагать тише, потому что постепенно углубляется в лес – обычно именно здесь можно кого-либо встретить. И Исин встречает.

У покрывшегося хрупкой коркой льда огромного озера, под полуголой ивой, сидит молодая женщина, накинувшая на голову капюшон своей длинной мантии цвета аметистов. Она раскачивается из стороны в сторону, и Исин готов поклясться, что она плачет, потому что он слышит тихие, надрывные всхлипы и видит, как мелко дрожат плечи незнакомки. Он шагает по направлению к ней тихо и аккуратно, но, кажется, она слышит и резко оборачивается.

Ее шея усеяна огромным количеством цепочек, на которых висят разного рода амулеты; на руках бессчетное количество браслетов и различного тряпья – а волосы длинные и волнистые. Исин даже замечает, что в ее уши вдеты большие сережки. А тонкими пальцами она перебирает разноцветные нити, с помощью которых собиралась сделать еще один оберег. Девушка облачена в длинное темно-фиолетовое платье. Она смотрит на Исина несмело и неуверенно, замерев, как статуя.

А Исина вдруг пронзает воспоминание. Он совершенно точно знает эту девушку перед собой.

Апрельское солнце горячо и нежно целует им головы, когда они вдвоем, переплетя пальцы, бегут по бескрайнему, как тогда казалось, полю, успевают сорвать цветы и задорно смеются. Им всего пять-шесть лет, Исин не помнит точно.

И Яньлинь улыбается ему, когда они останавливаются, чтобы передохнуть, и заваливаются в высокую траву, подминая ее под себя. Здесь, на этом волшебном, как они считали, поле, пахнет счастьем и свободой. Отовсюду слышится радостный щебет птиц, жужжание пчел, собирающих с цветов сладостный нектар. Тут всегда тихо и спокойно – и, самое главное, никто из других ребятишек понятия не имеет об этом месте.

Яньлинь взволнованно шепчет ему, что это необыкновенное, волшебное место, где сбываются все мечты. И Исин ей верит, потому что так и есть. Стоит ему пожелать, чтобы одна из бабочек посидела секунду-другую на его пальцах, лаская мальчишескую кожу своими невесомыми крылышками, и это сбывается. Яньлинь вытаскивает один из своих амулетов, что висят на ее тонкой девчачьей шее, и начинает быстро-быстро говорить что-то на незнакомом ему языке. Исин не помнит слов, да он и не пытается их запомнить. Он лишь зачарованно следит за тем, как мотылек опускается на его руку и смело сидит там десять секунд – Исин считает.

Яньлинь радостно хлопает в ладоши, когда лицо ее друга озаряется улыбкой. А потом они плетут венки – из всех цветов, что успели собрать. Получаются яркие, благоухающие и поистине прекрасные венки, которые они потом надевают друг другу на голову. Исин до сих пор помнит, как пальчики девочки, вечно пахнущие чем-то странным и необычным (зельями, по правде говоря), так и порхают, вплетая цветок в цветок. Он может часами сидеть и смотреть.

А потом они снова бегают по полю, играют и собирают цветы. Весело носятся за насекомыми, тщетно пытаясь поймать их. Этакая детская забава. К вечеру, когда ласковое солнце садится за горизонт, чтобы порадовать своими теплыми поцелуями другую часть планеты, Исин и Яньлинь собираются домой. Исин помнит, что они ждут повозку отца Яньлинь, садятся в нее и едут обратно, а во время их маленького путешествия девочка неизменно поет ему колыбельную.

Позже, когда они возвращаются домой, Яньлинь даже позволяет ему посмотреть, что за зелья она варит, и этот поистине необыкновенный, таинственный запах въедается Исину в память – он до сих пор помнит, что маленькая комнатка всегда залита фиолетовыми и зелеными цветами. На подоконнике неизменно стоит красивая ваза с полевыми цветами. А то, чем они здесь занимаются, – большой-большой секрет для его родителей.

Кажется, Яньлинь тоже узнает его, потому что губы ее шепчут его имя. Исин не слышит – он читает. И неуверенно и медленно опускает лук, позволяя Яньлинь обернуться сотней аметистовых птиц и исчезнуть.

Он позволяет ей сбежать, очень надеясь, что ее не найдут.

~

В следующий раз, когда они встречаются, Яньлинь уже не сбегает. Она уверенно идет куда-то, словно бы желая ему что-то показать. Капюшон ее мантии опущен, и Исин может видеть листья в ее волосах – напоминание о ушедшей осени. Он шагает за ней, ловит изредка ее полуулыбку, когда она оборачивается проверить, идет ли ее друг за ней. Исин готов поклясться, что чувствует запах зелий. Как он узнает позже, Яньлинь совершает некий акт доверия – показывает ему пристанище ведьм. Он останавливается и смотрит издалека, прячась в тени раскидистого дуба.

Он помнит, что Яньлинь пропала из его жизни так же внезапно, как и появилась. Когда ему было четыре, она просто пришла в его город вместе со своей мамой – на шее все те же амулеты, что и сейчас. А взгляд аспидных глаз зачаровывал. Около трех лет Яньлинь есть в его жизни, является основной составляющей его канувшего в небытие детства. А потом просто исчезает – неожиданно и тихо, никого не предупредив. Позже Исин узнает, что они решили переехать.

Он быстро забывает о ней и даже не вспоминает, когда начинается охота на ведьм. То ли не приходит в голову, то ли он хранит ее слишком глубоко в своем сердце. Где-то там, где, кажется, даже охотники не поймают.

И сейчас, стоя в тени дуба, Исин наблюдает за праздником ведьм. Яньлинь скидывает с себя свою фиолетовую мантию и выходит в центр небольшого круга, образованного ведьмаками. Она взмахивает руками, и трава вокруг вспыхивает ярким пламенем, освещая всю местность, и Исин невольно делает шаг назад, боясь спугнуть этих людей.

Яньлинь еще раз взмахивает руками, и Исин слышит музыку – негромкую, заводную и запоминающуюся. Он вспоминает, что что-то подобное Яньлинь любила насвистывать ему теми теплыми апрельскими днями. Девушка стучит своими туфлями по земле, а потом резво пускается в пляс, словно бы выпуская пьяный гнев ведьмаков наружу. Она танцует быстро, и с каждым взмахом ее тонкой руки пламя поднимается высоко-высоко, а потом резко падает вниз, на траву. Яньлинь кружится в этом неком кругу ада, листья в ее волосах сверкают из-за света огня, что на них падает. В ее танце, в ее безумной пляске столько отчаяния и надежды, столько мольбы и невыплаканных слез, словно бы она выражает всеобщее желание – чтобы после зимы обязательно пришла весна.

С каждым ее движением Исин делает шаг назад, понимая, что ничего не может ей обещать.

~

После этого Исин часто видит Яньлинь в лесу, но неизменно позволяет ей убежать, восторженно любуясь тем, как на ее месте образуется стая аметистовых птиц, что взмывают ввысь и торопливо исчезают.

Исин внимательнее прислушивается к разговорам охотников о том, кого еще нашли. Он боится, как бы им не удалось попасть на след Яньлинь и ее друзей. Как бы опасны ни были эти люди, Исин не хочет, чтобы они умирали. Та сцена с танцем врезалась в его память, впечаталась в сердце. Он беспокоится о Яньлинь – как бы ей не попасться в лапы охотникам.

Вот только мечтам Исина не удается сбыться. Весть о том, что удалось найти около пятидесяти ведьм и колдунов, что очень хорошо скрывались в лесах и даже в городе, очень быстро расползается по Китаю. У Исина сжимается сердце, когда он приходит на площадь. Он про себя молится о том, что Яньлинь здесь не оказалось. Тщетно.

Потому что ее привязывают к столбу уже восьмой по счету. Исин даже не слушает, о чем говорят люди. Он слышит лишь улюлюканье, тот страшный, леденящий душу смех, разговоры со всех сторон в духе «так им и надо».

Яньлинь не сопротивляется – лишь переводит взгляд с одного лица в толпе на другое. В поисках Исина. И, когда она его находит, парень качает головой, словно бы пытаясь сказать, что ему жаль – или пытаясь объяснить, что он не имеет к этому никакого отношения. А она тихо кивает ему. Он один против тысяч и миллионов, что готовы убивать лишь за хрупкую связь с ведьмами, он не мог помочь ей, как бы сильно ни хотел.

Когда пламя охватывает тело загадочной девочки из его детства, губы Исина начинают дрожать. Юная ведьма не выдерживает и срывается на крик, а ее вой подхватывают друзья, плача, сокрушаясь о ней, но не прося пощады. Огонь медленно ползет по одежде Яньлинь, а Исин понимает, что он не может смотреть на то, как убивают его яркое детство с самым красивым на свете именем. Он разворачивается и уходит.

А зима Яньлинь больше никогда не сменится весной.

Комментарии