Осознание

Средняя: 5 (2 оценок)
Автор публикации: _tori_vik
Фэндомы: Исполнители, EXO, DO, LuHan
Описание:

Кёнсу умел дружить. Не умел только выбирать с кем.

-A A +A

Кёнсу умел дружить. Правда, он был тем, кто мчался в любое время дня и ночи на помощь, искренне сопереживал, верно отстаивал друзей перед другими и честно никогда не обсуждал за спиной. У него был всего один недостаток — он не умел выбирать себе друзей. Этот немаловажный факт не раз играл с ним злую шутку, потому что по истечении какого-то отрезка времени оставался один, брошенный как бродячая собака на тротуаре, никому не нужный и забытый.
Кёнсу предавали. Все и всегда. Неукоснительное предательство стало верным спутником по жизни, оно неотступно следовало за ним по пятам, выжидая момент поставить подножку, наматывалось на шею, словно шёлковый шарф, чтобы дождаться удобного случая и стянуть в своих тисках горло. Но он никогда не злился на них, не проклинал и не бежал с оскорблениями вслед удаляющимся спинам. Молча, безропотно опускал голову перед Госпожой Судьбой и отпускал мерзавцев в мир. Иногда бывали случаи, что подкашивали ноги, затмевали рассудок и здравый смысл, который кричал про остановку, когда парень крушил обстановку своей гостиной. Но всплески бурных эмоций проходили, как летний грозовой ливень и он снова становился тем же мирным милым пареньком, что приветливо улыбался детишкам во дворе, оставался на работе допозна чтобы помочь начальнику или коллеге, доносил сумки с продуктами соседским домохозяйкам или пропускал в очереди старушку, что смотрела на него жалобным взглядом.
Ещё Кёнсу безумно любил субботы, это были всегда замечательные дни, обычно приносящие с собой заслуженный отдых и возможность дать себе маленькую вольность, вроде походить по квартире в одном нижнем белье, развалившись на диване, смотреть всевозможные выступления и ток-шоу любимой группы или готовить на кухне очередной шедевр кулинарии пританцовывая или подпевая сладкоголосым айдолам, что надрывались по музыкальному каналу.
Так было и сегодня — очередная суббота в одиночестве, сопровождаемая едой и телевизором. Пока жарилось мясо, парень нарезал овощи кубиками и делал не хитрые телодвижения в такт льющейся музыке. Но когда собирался отправить нарезанные ингредиенты на жаркое пламя под сковородой, недоуменно уставился на пустую бутылку с олией. Как же так? Ужин не может состоять из одного мяса, а в сумме с его личной любовью к овощам, Кёнсу просто не мог так этого оставить. Ворча на производителей олейной продукции, что не удосужились сделать бутылки побольше, он оделся и вышел из квартиры, не забыв запереть ту на недавно смененный замок.
На улице заметно стемнело, дав возможность фонарям выполнять свою работу. Магазин находился всего-то в квартале от его жилища и расстояние к нему Кёнсу преодолел довольно быстро. Быстро скупившись, он позволил себе раскошелиться и прикупить крабовых палочек, яблок, охотничьих колбасок и соус к ним. Эти выходные он решил проводить на полную.
Расплатившись и сложив пожитки в пакет, любезно предоставленный кассиром, парень вышел и с досадой отметил, что небо совсем потемнело и висело теперь над головами чёрной материей без украшения в виде россыпи созвездий.
Громкий свист в спину привлёк его внимание. Стараясь не обращать внимания на режущий по ушам звук, он упрямо пробирался в сторону дома.
— Слышь, гном, — выросло тело перед ним. — Жрать охота, не поделишься? — кивнул на пакет, крепко зажатый в пальцах.
— Нет, — буркнул себе под нос и попытался обойти живую преграду.
— Стоять! — схватили за шкирку, как котенка и поставили на место. Проделал это некто, подошедший сзади. — Не хорошо жадничать или мама не научила? — мерзкий голос у самого уха.
"Извращенцы", — пронеслось в голове у Кёнсу, но вслух он не решился это высказать.
— Не трогайте мою мать, — но мужества на эту реплику хватило.
— Ты просто делишься с нами содержимым своих карманов, а мы отпускаем тебя тихо мирно к твоей мамочке. Идёт? — даже в темноте он увидел это противное гадкое выражение лица стоящего перед ним ублюдка в кожанке. И почему они все натягивают на себя черную кожу? С их рожами уголовников их и без того можно бояться.
— Дайте пройти! — но голос не дрогнул. — Иначе, — но договорить ему не дали.
— Иначе что? Мамочке побежишь жаловаться? Или заплачешь посреди улицы? — надрывался тот, что подошёл сзади, кривляясь и открывая взору рот с недостающими двумя зубами.
— Иначе надаю по вашим рожам, — тень, отступившая от здания, приблизилась к ним. Кто-то положил руку на плечо Кёнсу.
— Лухан! — воскликнул один из отморозков. — Какого хрена? Ты чего его защищаешь?
— Не твоё дело, — огрызнулся парень и в памяти у Кёнсу сразу вырос парниша с его класса, что вечно над ним издевался, подшучивал и всячески обзывал. Если это конечно тот Лухан, о котором он подумал. Хотя ошибки быть не могло, он узнал его голос. Тогда почему сейчас он вдруг стал на его сторону? Или это дешёвый спектакль грязной уличной банды?
— Вот она какая, дружба у тебя, да, Лу? — жёсткий скрипучий голос второго бандита резанул по слуху. — Даем последний шанс, не хочешь помогать, просто уйди или получишь вместе с ним.
— Попытайся, — ухмыльнулся парень и уголок его губ дернулся.
Удар в живот пришёлся сразу, Кёнсу отпустил пакет и согнулся пополам, придерживая ушибленное место руками. Следующий тычок ногой по рёбрам заставил его упасть ничком на шершавый асфальт. Кто-то дёрнул его за плечо, переворачивая на спину и с размаху влепил кулаком по лицу. Парень ощутил как горячая кровь стекает по щекам с носа, затекая за шиворот. Боль была настолько сильной, что казалась подобной удару корабля о айсберг, когда прорывается общивка и ледяные потоки морской воды неистово врываются в корпус. Так и кровь... Кровь, что хлестала фонтаном, окрашивая чёрный асфальт бурыми потоками чьей-то души.
— Ну что, красавчик, мама то сильно расстроится? — нападающий занес руку с зажатым в ладони ножом, прицеливаясь, насколько это вообще было возможно в темноте и Кёнсу зажмурился, он не хотел в последние минуты жизни видеть противное лицо уличного бандита. Воскресив в памяти образы родных, он сосредоточился на них, игнорируя пульсирующий комок боли, что метался по телу, не зная, где остановится, где больнее...
Но сердце продолжало биться, хоть и с неистовой скоростью, касаясь стенками рёбер, мешая легким, оно работало будто в последний раз, разгоняя по жилам кровь, что спасительной теплотой возвращала его к жизни.
Глухой удар упавшего тела рядом и размытый взор, устремленный на парня перед ним, что протягивал руку и устало улыбался. Кёнсу принял помощь и стал на ноги, озабочено оглядывая два лежащих на земле тела.
— Они живы? — с хрипом в голове спросил.
— Да, еще оклемаются, — Лухан пожал плечами и подошёл к тому, что чуть не лишил жизни Кёнсу. Ткнув кончиком кросовка его в плечо, поморщился и обернулся к застывшему парню, что не мог отвести взгляда от нападающих.
— Спасибо тебе, — вздохнул парень и наклонился за пакетом, зажмурившись от боли. — Но зачем?
— Считай это извинениями, — Лухан повеселел и подойдя к Кёнсу, обнял его за плечи. — Ведь не все у нас было гладко тогда, в школе, — он махнул головой назад, будто показывая направление прошлого. — Это самое малое из того, что я мог для тебя сделать.
— А что я могу сделать для тебя? — вопрос Кёнсу застал Лухана врасплох. Он с удивлением уставился на парня, на голову ниже его, что сейчас вытирал рукавом куртки стекающую по подбородку кровь. Всю свою жизнь он пребывал в уверенности, что такие парни как Кёнсу это скучные зубрилы, что трусливо прятались в кусты при малейшей опасности и что реальные мужики это те, что лежали сейчас на асфальте. Но видя как уверенно отвечал им бывший одноклассник, не сдаваясь под напором этих двух подонков, он решительно поменял свое мнение. Ему уже давно опостылела развратная жизнь уличных хулиганов, что не знали пощады для более слабых, на самом деле будучи обычными трусами, убегающими при виде настоящей опасности и готовыми подставить при каждой удобно подвернувшейся возможности.
А жизнь проходит мимо, проносится со скоростью света, оставляя за собой несбывшиеся мечты, пустые надежды, тонкий шлейф редких приятных воспоминаний и тяжёлый груз мятежного одиночества. Всегда быть в окружении людей, что тебе неприятны, просто потому что так надо, делать вещи, о которых потом жалеешь и неумолимо желать чего-то настоящего, не бояться рассказать о ноющей боли в груди, скинуть режущую тяжесть с сердца, просто от души посмеяться над глупыми шутками и дать себе возможность на ошибку, ведь настоящий друг поймёт, он простит. И вдруг, стоя тут, под вечерним хмурым небом в окружении двух бессознательных тел, оба одноклассника пришли к одной мысли, что совершали одни и те же ошибки всю жизнь — искали друзей! Ведь настоящий товарищ найдётся сам, он станет подарком судьбы, что испытывала на прочность и теперь, в знак уважения несломавшимся личностям, просто даст возможность все исправить.
— Если ты не против компании уличного подонка, тогда я мог бы напросится на ужин, — добродушно хмыкнул Лухан и по-братски потрепал по волосам. — Пиво, я надеюсь, у тебя найдётся?
— Я против компании подонков, поэтому они остаются здесь, а мы идём ко мне, чтобы наконец поесть. И да, пиво у меня есть.
Два удаляющихся силуэта, закинувших руки друг другу на плечо и небольшой пакет, покачивающийся на согнутом локте. Не так ли выглядит дружба?

Комментарии